Эмоция

Эмоция (латинский, чувствование), колебания чувственного тона, возникающие в нашем организме, его переживания, развивающиеся под влиянием внешних или внутренних раздражителей, обусловливающих изменение течения процессов душевной жизни.

В основе развития эмоциональных состояний лежит реакция нервной системы на внешние и внутренние или следовые раздражители, например, реакция на укол, поглаживание, то или иное впечатление, воспроизведение старого впечатления. Эта реакция может быть положительной, отрицательной, смешанной, сильной, слабой, кратковременной, длительной; эмоция может быть простой или сложной, например, отрицательная эмоция от болевого раздражения или вообще эмоция, обусловленная раздражением одного из рецепторных аппаратов, сложная эмоция, например, возникшая под влиянием нахлынувших воспоминаний. Пример сложной эмоции — так называемое общее чувство или самочувствие, как результат суммы впечатлений, полученных центральной нервной системой от различных органов тела — чувство жизни, физического благополучия или слабости, здоровья или недомогания.

Эмоции обыкновенно делят на высшие и низшие; чувство эстетическое, этическое или социальное, интеллектуальное, с одной стороны, и чувство голода, жажды, половое — с другой; это деление имеет анатомо-физиологическое основание, так как низшие эмоции тесно связаны с инстинктами, а высшие отстоят от них далеко; первые ближе связаны с подкорковыми областями, а вторые с мозговой корой. Например, в людском общежитии вырабатываются путем опыта правила поведения необходимые для коллектива, но в то же время ограничивающие поведение отдельной личности. Переходные ступени, ярко показывающие связь высших эмоций с низшими, хорошо выявляются в такой смешанной эмоции, как любовь, если возьмем различные ее степени, начиная от грубой животной любви и до любви к отвлеченной идее, доходящей до самоотверженности.

Центральный нервно-психический аппарат находится постоянно под влиянием ряда раздражений, получаемых извне, от органов и процессов собственного тела и следовых впечатлений, воспроизводимых в нашем мозгу; все эти факторы, в весьма значительной своей части несознаваемые, тем не менее, влияют на организм и являются источником очень сложного нервно-психического тона, определяемого как настроение, которое, в зависимости от преобладания возбуждающих или угнетающих элементов и их взаимоотношения, может быть приятным, неприятным и смешанным. Настроение есть состояние колеблющееся, у одних эти колебания происходят легче, у других труднее, у одних это более постоянно, у других более подвижно. Безразличное настроение, как результат полного равновесия положительных и отрицательных факторов, может встречаться лишь эпизодически. Настроение отражается на течении психофизиологических процессов — одни и те же события вызывают различное к себе отношение в зависимости от настроения; экспериментально доказано, что настроение отражается на простых и сложных психофизиологических процессах (исследования Осипова, Кармазина и Сухова): наиболее благоприятным представляется спокойно-веселое настроение; неприятное, грустное приводит к замедлению сочетательных (ассоциативных) процессов, замедление наблюдается и при чрезмерно веселом настроении, причем оно обусловливается повышенной отвлекаемостью; так же влияет утомление.

Сила эмоции при обычных условиях невелика, но под влиянием резко выраженных раздражителей (крупное несчастье, оскорбление и др.) колебания эмоциональных состояний достигают чрезвычайной силы; такие колебания называются душевными волнениями, порывами, аффектами (см. IV, 332/33). Аффект есть иррадиация (распространение) сильного возбуждения по центральной нервной системе со всеми ее последствиями. Аффект есть эмоция, достигшая резко выраженной степени развития; знакомство с условиями происхождения и развития аффектов необходимо для уяснения происхождения эмоции. До настоящего времени сохранилось предложенное Кантом деление аффектов на стенические (возбуждающие), астенические (угнетающие) и смешанные, носящие элементы того и другого характера: пример стенического аффекта — радость, астенического — тоска, смешанного — гнев. Аффективные состояния в целом не исчерпываются субъективными переживаниями, которые являются лишь их составной частью, они связаны с рядом явлений со стороны сосудистой системы, поперечно-полосатых и гладких мышц, заложенных во внутренних органах, со стороны секреторных органов; они связаны с комплексами двигательных реакций, известных под названием выразительных движений (мимика, жесты) которые Бехтерев назвал пантомимическими рефлексами. Аффект тоски выражается в угнетении произвольных движений: человек неподвижен, голова опущена, поза сутулая; ходит медленно, говорит беззвучным голосом, мало, с частыми остановками; рассеян, не отвечает на вопросы; мимика малоподвижна, на лбу поперечная складка, внутренние концы бровей приподняты, углы рта опущены, а при сильной тоске рот приоткрыт; дыхание поверхностное, со вздохами; на глазах слезы, бывают плач и рыдания; лицо бледное, конечности холодные наощупь. В припадке отчаяния человек заламывает руки, бегает по комнате, рыдает, бьет себя в грудь, рвет на себе волосы. Весьма поучителен ритуал горя — разрыванье одежд, распускание волос, громкий плач, — проделывая все это, профессионалы (плакальщицы) действительно впадают в аффект. Аффект удовольствия и радости выражается иначе: усиленная подвижность, говорливость, восклицания; дети прыгают, кричат, хлопают в ладоши; складки и морщины на лице разглаживаются, лицо краснеет, глазные щели и ноздри расширяются, глаза блестят, мимика живая, дыхание свободное, движения легкие и уверенные. В аффекте гнева кровь приливает к лицу, вены на лбу и на шее набухают, иногда лицо резко краснеет, глазные щели и ноздри расширяются, глаза блестят, лоб наморщивается, брови сближаются, дыхание прерывистое, мышцы напрягаются, челюсти сжимаются, члены дрожат, голос дрожит, речь прерывистая, нередко бессвязная, из отдельных слов и фраз; некоторые бросают или ломают попадающиеся под руки предметы, жестикулируют, угрожая объекту гнева, ударяют и даже бьют его. При аффекте страха глазные щели широко раскрываются, брови поднимаются кверху, остановка движения и задержка дыхания; усиленное сердцебиение, бледность кожных покровов, иногда выступает пот; волосы приподнимаются (сокращение мускулов erectores), дыхание вслед за остановкой учащается, члены дрожат, во рту пересыхает, голос становится прерывистым, сиплым, даже пропадает; глаза фиксируют предмет страха, зрачки расширяются, раздается пронзительный крик; аффект ужаса может сопровождаться расслаблением сфинктеров мочевого пузыря и прямой кишки (непроизвольное мочеиспускание и испражнение); неподвижное положение вследствие расслабления мускулатуры приковывает человека к месту, или состояние неподвижности сменяется неудержимым бегством в состоянии паники; процессы высшей нервной деятельности (психические) затормаживаются иногда до полной остановки; значительные движения дополняют описанную картину. Аффект изумления близок к аффекту страха в легкой степени. Аффекты стыда и смущения выражаются расширением сосудов лица с покраснением покровов; при этом на лице выступает пот, ладони рук тоже становятся влажными; иногда чувство жара во всем теле; учащенное мигание, даже слезы; речь несвязная, отрывочная, замечания смущенного человека часто неуместны, невпопад, еще больше усиливают смущение; жесты не согласованы, излишни, неловки; смущенному кажется, что он привлекает всеобщее внимание, и это ухудшает его самочувствие. Приведенных примеров достаточно для представления о наиболее ярких аффективных состояниях. Изменения дыхания и пульса наблюдаются при каждом аффекте, однако они не настолько характерны, чтобы по ним можно было с точностью определить качество аффекта. Однако, несомненно, что при аффективных, а, следовательно, и при эмоциональных состояниях объективно установлена наличность изменения иннервации поперечно-полосатых мышц и мышц так называемого непроизвольного движения, заложенных во внутренних органах и в сосудистых стенках; несомненно, и изменение просвета сосудов в сторону расширения или сужения. Эти признаки, неотделимые от аффективных состояний, были хорошо подмечены и оценены одновременно американским психологом Джемсом и копенгагенским Ланге; будучи положены ими в основу учения об аффектах, они послужили к созданию физиологической теории аффектов, известной под названием теории Джемса-Ланге.

Джемс полагает, что установившийся взгляд на развитие физических последствий в зависимости от психологического аффекта как такового неправилен; по его мнению, телесное изменение следует непосредственно за восприятием вызывавшего его факта, и сознавание этого явления во время его течения и есть эмоция; иными словами, вслед за впечатлением от раздражителя наступает комплекс физических явлений, развитие которого и имеет своим последствием аффективное состояние Принято располагать события в таком порядке: мы огорчены и плачем, испугались и бежим, рассержены и наносим удар; по Джемсу, причинная связь обратная: мы опечалены потому, что плачем, боимся потому, что дрожим, и т. д. Доказательства таковы: если бы телесные проявления не следовали немедленно за впечатлением, оно оставалось бы чисто познавательным актом; далее, из повседневного наблюдения видно, что физический комплекс предшествует эмоции: например, читая драму, мы неожиданно замечаем, что по нашему телу пробегает дрожь и из глаз льются слезы; если во время прогулки в лесу замечаем что-то телесное, движущееся, — сердце замирает, дыхание задерживается, хотя сознание опасности еще отсутствует; самое существенное доказательство дает патология душевной жизни, а именно те случаи душевных заболеваний, в которых при отсутствии внешнего повода тяжелый аффект тоски или страха развивается в непосредственной зависимости от болезненных условий, возникших в организме, как это бывает, например, в меланхолических состояниях циклофрении. Развитие эмоции сопровождается нарушением физических перемен в нашем теле. Если из эмоционального состояния вычитать один за другим телесные симптомы и ощущения, то вместо эмоции останется лишь интеллектуальный процесс. Внешние проявления эмоции усиливают самую эмоцию, например, бегство усиливает чувство страха; наоборот, заторможение двигательных реакций тормозит развитие эмоции — досчитать до десяти, и гнев пройдет. К этому можно прибавить случаи насильственного плача и смеха при органических поражениях мозга — они влекут за собою развитие соответствующих эмоций. Ланге весьма близок к Джемсу в своих рассуждениях, но он выделяет определенные сосудисто-мышечные комбинации, лежащие в основе ряда аффективных состояний; к первой группе относятся: разочарование, печаль, испуг, смущение; ко второй: нетерпение, радость, гнев; вся первая группа характеризуется ослаблением произвольной иннервации, вторая — ее усилением; присоединение сужения сосудов — печаль, спазма органических мышц — испуг, расстройство координации — смущение; во второй группе присоединение спазма органических мышц — нетерпение, расширение сосудов — радость, расстройство координации — гнев. Повторяя доводы Джемса, Ланге прибавляет к ним следующие доводы: вся диэтетика, весь образ нашей жизни сложился с целью благоприятствования стеническим аффектам, смягчая астенические — «вино веселит сердце» человека, покоряя тоску и страх, аналогичное влияние присуще и другим химическим и фармацевтическим препаратам; так, гашиш вызывает радостное настроение, рвотный камень — угнетение, сходное с тоской, струя холодной воды подавляет гнев — все эти средства действуют на тело, а не на душу. Общая терминология для душевной и телесной боли также устанавливает связь между аффектами и их физическими причинами. Эмоция, вызванная внезапным сильным треском, но связанная при своем возникновении с представлением опасности, есть настоящая эмоция испуга. Влияние причин, вызывающих аффекты, сводится к их действию на сосудодвигательный центр.

Теория Джемса-Ланге груба и схематична, но ее большое достоинство в том, что с нею связывается обоснованная попытка подведения физиологического фундамента под эмоциональный процесс. Störring вносит в изложенную теорию следующую поправку: аффективные процессы не сводятся к нарушению телесных изменений, а обусловливаются всеми психическими последствиями этих изменений.

 В настоящее время к разрешению вопроса о происхождении эмоции и аффектов следует подойти несколько иначе: окружающая физическая и социальная среда влияет на организм своими многообразными раздражителями, вызывая с его стороны ответные реакции в виде безусловных и условных (Павлов) и сочетательных (Бехтерев) рефлексов; раздражители могут исходить и из самого организма — от его внутренних органов или от старых ожививших ее энграмм, следовых раздражителей, отложившихся в нервной системе, — запечатлений старого опыта. Эти раздражители могут вызывать чисто сочетательные реакции; но если вследствие своей силы они иррадиируют и распространяются и на ниже лежащие центры, то получается эмоциональная реакция, которая может быть безусловно эмоциональной, если она связана с безусловным рефлексом, и условно-эмоциональной, если она зависит от условного раздражителя. Примером первой служит реакция на болевой или термический раздражитель (аффект со слезами и с криком); примером второй — эмоциональная реакция на вид кинжала, револьвера, особенно, если человек подвергался нападениям; ребенок плачет при виде ложки, с которой накануне ему дали горькое лекарство; ясно, что во всех приведенных примерах аффективная реакция образовалась по типу условного сочетания,  подействовавшего на нервную систему как безусловный раздражитель. С момента развития этих реакций начинаются и субъективные переживания. Наличность иррадиации возбуждения доказывается некоординированными движениями, наблюдаемыми при ряде аффективных состояний. Дифференцирование раздражителя, ознакомление с ним связано с уменьшением и уничтожением его эмоционального значения. Субъективная сторона эмоционального процесса в целом неотделима от биологического процесса, являясь его составной частью; без ощущений чисто физических перемен, происходящих в нашем организме (сердцебиение, дрожание, приливы крови и т. д.), нет эмоционального состояния. Эмоция или аффект в целом охватывает сумму всех физиологических (resp. биологических) реакций (сосудистых, со стороны гладких и поперечно-полосатых мышц, включая так называемые выразительные движения — мимика, жесты, далее — сердцебиение, дыхание, модуляции голоса, со стороны эндокринных органов) на эмоциональный раздражитель, внешний или внутренний, со всеми субъективными их последствиями, которые и составляют субъективную сторону эмоции. Дуга эмоционального рефлекса проходит в большинстве случаев через кору головного мозга, но развитие эмоции возможно лишь при участии вегетативной нервной системы, что устанавливается анализом любого эмоционального состояния; по последним исследованиям симпатическая нервная система участвует в иннервации поперечно-полосатых мышц (Васске, Орбели). Часто говорят о психогенных раздражениях, подразумевая под этим, в противоположность чисто физическим факторам, влияние обстановки, письменных или устных известий, социальных влияний; эти раздражители отнюдь не являются чем-то отвлеченным, «психическим»; это — символические, условно-эмоциональные раздражителя, вызывающие соответствующий эффект, приближающийся к действию безусловного агента; поэтому правильнее их называть тимогенными, или аффектогенными, и социогенными раздражителями.

Раз доказано, что эмоциональный процесс есть процесс строго биологический, материальный, становится вполне понятным, что различные эмоции отражаются на течении других психофизиологических процессов, например, ассоциативных. В чем же существо эмоционального биологического процесса? Meynert ставил возбуждающие эмоции в зависимость от повышения окислительных процессов в мозговой коре, а угнетающие — от развития застойных явлений. Исследования Бронштейна показали, что плетизмография обнаруживает реакцию на эмоциональные раздражители со стороны вегетативной системы более раннюю, чем реакция речевая, что сосудистая реакция отличается крайней чувствительностью. Исследования американского ученого Саnnоn’а посредством способа Маgnus‘а, произведенные на животных, показали, что в состояниях аффекта в крови животных появляется в значительном количестве адреналин, выделяемый надпочечниками. Мы воспользовались длительными аффективными состояниями, которые дает нам клиника в маниакальной к депрессивной фазах циклофрении; в венозной крови этих больных Богеном было обнаружено посредством применения способа Magnus'а (особый характер сокращений отрезка кишки под влиянием адреналина) присутствие адреналина; в артериальной крови, конечно, его содержится больше. Впрыскивание адреналина людям здоровым вызывает симпатикотоническую реакцию, часто с явлениями депрессии. Протопопов отметил у депрессивных и маниакальных больных симпатикотонический синдром в виде расширения зрачков, тахикардии и запоров; Шевелев изучил его всесторонне, установив у них наличность симпатиконевротонии, которая была у всех больных Богена. Отсюда становится несомненным важное значение гиперадреналинемии в происхождении патологических аффектов и, по всей вероятности, в физиологических, причем, конечно, нельзя исключать влияния других желез внутренней секреции, также изменения содержания кальция, калия и сахара в крови, на что отчасти даны указания в работе Абрамова и Шацилло о гипнотических состояниях.

Развитие эмоционального и аффективного процесса следует представить так: 1. Эмоциональный внешний или внутренний (следовой, интрацеребральный) раздражитель. Эмоциональное значение раздражителя закрепилось из прежнего опыта, из сочетания с инстинктивными, безусловными реакциями. 2. Проведение возбуждения к коре больших полушарий, а в иных случаях (особенно при инстинктивных реакциях) лишь до подкорковых, стволовых центров; возбуждение соответствующих энграмм с присущими им субъективными (rsp. психическими) свойствами. 3. Распространение (иррадиация) возбуждения по коре и в центробежном направлении через область зрительного бугра на поперечно-полосатые мышцы и через центры блуждающего и симпатического нервов на иннервируемые ими органы (сердце, сосуды, кишечник, зрачки, частью поперечно-полосатые мышцы, другие внутренние органы, железы внутренней секреции, в том числе и на надпочечники). 4. Поступление в кровь биохимических продуктов и их влияние на нервную систему. 5. Субъективная реакция на сумму изменений в органах тела и последствия этих изменений вообще. Развитие эмоционального процесса неизбежно сопровождается рядом более или менее сложных реакций, в том числе и субъективных, но эмоция как таковая может сознаваться лишь со времени частичного или полного развития периферических изменений, оказывающих свое влияние на нервные элементы коры.

Литература: Бехтерев, «Общее основы рефлексологии человека», изд. 3, Гиз, 1926; Боген, в «Z. f. d. gesam. Neurol, u. Psych.», 1928; Бронштейн, в «Ленинградском медицинском журнале», 1928, Дарвин, «О выражении ощущений у человека и животных», 1927; Джемс, «Психология», изд. 3, 1903; Кеннон, «Физиология эмоции», 1927; Ланге, «Аффекты», 1890; Обрели, в «Известиях Петроградского научного института им. Лесгафта», т. VI, 1923; Осипов, «Курс общего учения о душевных болезнях», вып. І-ІІ, 1907; Осипов, «Сборник, посвященный 75-летию академика И. П. Павлова», 1921; Осипов, «О влиянии настроения на скорость зрительных восприятий», 1904; Павлов, «Лекции о работе больших полушарий головного мозга», 1927; Протопопов, в «Научной медицине», № 7, 1920; Шацилло, и Абрамов, в «Z. f. d. gesamte Neurologiе u. Psych.», В. 42; Штерринг, «Психопатология в применении к психологии», 1903.

В. Осипов.

Номер тома53
Номер (-а) страницы675
Просмотров: 17

Алфавитный рубрикатор

А Б В Г Д Е Ё
Ж З И I К Л М
Н О П Р С Т У
Ф Х Ц Ч Ш Щ Ъ
Ы Ь Э Ю Я