Этруски

Этруски, широко распространённая в средиземноморском мире этническая группа, предшествовавшая появлению на его территории народностей индоевропейской стадии развития. В историческое время местожительством этрусков была Этрурия — северо-западная область Италии, приблизительно совпадающая с нынешней Тосканой. Поселение этрусков в Италии прежде ошибочно объяснялось переселением их из других мест. Одна группа учёных, по преимуществу немцы — Отфр, Мюллер, Нибур, Эд. Майер (в 1-м издании «Geschichte d. Alterthums») и др., — держалась теории о происхождении этрусков с севера, от альпийских ретов, другие — Курциус, профессор Модестов, Каро, Корнеман и др. — производили их, следуя за Геродотом (1,94), из Лидии (Малая Азия), третьи, по большей части итальянцы — Де-Санктис, Э. Пайс, Парети, Минто и др., — отстаивают автохтонность этрусков на италийской почве, причём некоторые из «автохтонистов», исходя из националистической идеи о расовой чистоте итальянской культуры, видят в этрусках индоевропейских предков современных итальянцев, не подвергавшихся никаким посторонним влияниям и искони живших в Италии.

Новейшие данные (главным образом археологические и лингвистические) показали, что вопрос об этрусках далеко выходит за рамки установления ближайших связей этрусков со Средней и Северной Италией (Этрурией). Как доказали академик Марр в СССР и некоторые этрускологи на Западе (Шухарт, Шахермайер и др.), этруски издавна входили в широкий комплекс народов, населявших с 4-го и до конца 2-го тысячелетия до хр. э. весь средиземноморский мир — от Пиренейского полуострова до Малой Азии и Кавказа, заходя на севере до Галлии и северных берегов Чёрного моря и на юге — до Северной Африки. Народности всей этой группы имели много общего в языке и в некоторых элементах своей культуры. Они находились на доиндоевропейской (по терминологии академика Марра — «яфетической»)  стадии развития. Образовав издревле свои языковые и этнические признаки в окружении родственных народов Средиземного моря, этруски, таким образом, были автохтонами в Европе (как на это указывает и Дионисий Галикарнасский). Палеонтологический анализ слов более поздних языков — вплоть до современных — обнаруживает в них наличие отложений и переживаний этрусских языковых элементов (например, славянский термин «тризна» исходит от тотемного названия этрусков с признаками т-р-с и означал первоначально «конские игры»). На этом основании можно сказать, что этруски вместе с другими родственными им племенами оказали большое влияние на формирование и классической, и западноевропейской, и частично даже славянской культуры.

Широкое распространение этрусков по средиземноморскому миру доказывается рядом данных. Академик Марр находит, что наименования «пеласги» и «этруски» являются разновидностями одного и того же племенного названия (основой в обоих терминах является сочетание звуков руги-рош с акающей формой раш-лаш-лас, причём «э» в слове «этруски» и «пе» в слове «пеласги» являются префиксами). Это позволяет сближать этрусскую культуру с крито-эгейской культурой, ибо, по греческим данным, пеласги жили на Крите, в юго-западной части Малой Азии и на некоторых островах Эгейского моря. О географическом распространении этрусков (и родственных им племён) говорят и библейские данные. В апокрифах к Ветхому Завету есть упоминание о стране «Таршиш», куда посылал Соломон свои экспедиции за серебром, а также о народе «тирас», который, заселял около того же времени «4 больших острова перед Яфетом», т. е. Корсику, Сардинию, Сицилию и Крит. Также и египетские памятники времени фараона Рамсеса II говорят о народе «турша», жившем в средиземноморской области. У Диодора (III, 53,6) есть упоминание о г. Тартесе (древняя форма «Таршиш»), относимом некоторыми историками к южной области Туниса. У Геродота (I, 94) говорится, что «тиррены» Северной Италии пришли из Лидии. Бее эти народности, в названия которых входит характерное сочетание согласных звуков т-р-с (ш), и являются, по-видимому, родственными тому народу, которому римляне дали название этрусков, греки — тирренов и который сам себя называл «расенами».

В процессе своего расселения в пределах средиземноморского мира этруски передвигались с места на место и не сразу захватили все те территории, на которых они позднее обосновались. Это расселение не разрушало преемственной связи между различными стадиями средиземноморской культуры, а только скрепляло родство между доиндоевропейскими племенами Средиземноморья. Академик Марр, настаивая на автохтонности этрусков в бассейне Средиземного моря, говорит о движениях «яфетидов», которые поддерживали связь между Испанией, с одной стороны, и Кавказом и Передней Азией — с другой. «Это была эпоха не великого переселения народов, а великого расселения яфетического племени, с длительным процессом стоянок на определённых пунктах» (Я. Я. Марр, «Избранные работы», т. I, 1933, стр. 119).

Этот процесс расселения этрусков представляется на основании имеющихся данных неясным, и в настоящее время трудно установить даже его общие пути. Но можно всё-таки констатировать, что с ним было связано возникновение различных центров этрусской культуры. Есть некоторые основания считать, что исходным центром этого расселения была северо-западная Африка (может быть, как предполагает Ганс Мюлештейн, южная часть Туниса, когда-то цветущий край, начавший, однако, около 1500 г. до хр. э. подвергаться высыханию). К этому мнению склоняется и Шухарт, предполагающий, что развитие шло с запада на восток.

На африканском западе родственные этрускам племена языкового типа т-р-с находились, как на это указывают археологические данные, на ступени капсийской (верхнепалеолитической) культуры. Но в дальнейшем движении к востоку — острову Кипру, Малой Азии и Кавказу, — которое началось, по-видимому, около половины 2-го тысячелетия до хр. э., они усвоили неолитическую, а потом и раннеметаллическую культуру, воспользовавшись металлическими богатствами Кипра и Кавказа. В этом движении к востоку они в конце XIII в. до хр. э. затронули египтян (о чём говорят расшифрованные Руже в 1867 г. данные о нападениях на Египет приморских народов, к которым относились и «турша»). Может быть, они приняли участие и в разрушении крито-миносской дворцовой культуры. Потом они достигли и Лидии, на что есть указание у Геродота. Об их культуре и быте этого времени их расселения известно немного. Академик Марр считает, что для этрусков и других яфетидов этого времени основным признаком их материальной культуры была металлургия и что поиски металлов в значительной степени направляли их передвижения. Морские передвижения вызвали у них интерес к астрономии и положили начало гаданиям по звёздам, а также и знаниям по навигации. Существовала у них в это время и торговля, связанная с морским разбоем. Можно отметить у этрусков этого времени довольно ясно выраженную тенденцию к алфавитному письму, которое не было изобретением какой-либо одной народности, а явилось результатом совместной работы Африки, Европы и Азии.

Расселение этрусков в области Средиземного моря захватило и Италию. Именно здесь этрусские этнические, языковые и культурные элементы оказались особенно прочными и устойчивыми. Этруски  добились преобладания над другими италийскими народами, и им удалось даже установить на некоторое время свою гегемонию над ними. То, что обычно называют этрусской культурой в Италии, преемственно развилось из более ранних стадий италийской же культуры, и объяснять её как чисто заносное явление нет оснований. Но ввиду широкого расселения этрусков и родственных им народностей в более ранние времена в средиземноморском мире, нельзя отрицать влияний азиатского Востока на некоторые особенности этрусской культуры. В Италии этрусская культура явилась гораздо более развитой и более прогрессивной, чем у других италийских племён. Этруски  вступили здесь в историческую стадию своего развития. Материальные памятники, сохранившиеся от этрусской культуры в Италии, довольно многочисленны. Особенно много сделано для их собирания и разработки итальянским Этрускологическим институтом, руководимым профессор Антонио Минто. Сохранилось также довольно много надписей (около  8 тысяч), собранных в издании Corpus Inscriptionum Etruscarum, из которых, однако, поняты и прочитаны только наиболее короткие. Поэтому знания об этрусках в Италии всё-таки ограничены.

Ранней  культурой в Италии, на почве которой позднее возникла италийская этрусская культура, была т. н. культура террамар (см.). Население уже начинало переходить к земледелию, хотя охота и скотоводство играли ещё преобладающую роль. Но земледелием занимались, главным образом, женщины, и это говорит о наличии ещё матриархального строя. В это время этрусские (или «этрускоидные») элементы прорывались в речь и в этнический быт вообще, но ещё далеко не достигли преобладания. С севера эта бронзовая культура распространялась к югу и достигла территории будущего Рима. Но в более поздних её стадиях матриархат заменялся начальными формами патриархата.

Несколько позднее культура террамар перешла в т. н. культуру Виллановы (по имени местечка в Северной Италии, где нашли наиболее характерные памятники этой культуры). Это — культура раннего железного века. Бремя её распространения в Италии — период от конца 2-го тысячелетия приблизительно до 800 г. до хр. э. Её наиболее характерным признаком является борьба бронзы с железом, впервые появляющимся. Из материальных памятников особенно типичными являются могилы-колодцы, в которых сохранились сожжённые кости и множество изделий из бронзы и железа. На некоторых из бронзовых изделий появляются зачатки письменности. Прежнее раздробление начинает сменяться племенными союзами. По-видимому, в это время появились и первые более или менее крупные посёлки родового типа, из которых выросли будущие города — Рим, Вейи, Тарквинии и др. Возникли и меновые знаки — в виде слитков, что говорит о развитии меновых отношений, не дифференцировавшихся, однако, от разбоя. Патриархат в это время, по-видимому, решительно вытеснил матриархат и принял вполне сложившуюся форму. Главным носителем этой культуры было средне-италийское племя умбров, но от них она распространилась во все стороны. Этрусские элементы в речи теперь выступают яснее, и поэтому культуру Виллановы можно считать начальным моментом этрусской культуры.

Со своими наиболее характерными признаками этрусская культура выступает позднее — приблизительно около 800—550 гг. до хр. э. С этого времени этрусков становятся ведущим народом Северной и Средней Италии, фактором, который содействовал развитию этрусской культуры в этот период, было влияние финикийской и греческой культур. Оно было результатом не только усилившихся торговых сношений, но и тесного родства этрусского, догреческого (крито-эгейского) и восточных этнических и общественных элементов.

В этрусском обществе этого периода можно отметить довольно резко выраженную социальную дифференциацию. В надписях встречаются довольно частые упоминания о знатных людях (Lauchmi, Luchumi — в латинской передаче «лукомоны»), узурпировавших жреческие функции и руководство военным делом. Маркс склоняется к признанию классового характера этрусского общества указанного периода. О большом значении жреческой знати говорит развитие гаданий, помощью которых она старалась укрепить своё общественное влияние. Как показывают раскопки, знать жила в больших домах с атриумами. Диодор говорит, что «тиррены» (-этруски) изобрели атриумы для того, чтобы собирать в них народ, приходящий на поклон. В таких домах, по Диодору, жило много рабов, но основными производителями были, по-видимому, зависимые, посаженные на землю крестьяне (Lautni), Диодор называет их свободными, потому что сначала они, по-видимому, имели свободу распоряжения своей собственностью, хотя и платили оброк землевладельцам; но потом они потеряли и эту свободу; по крайней мере, Дионисий Гиликарнасский для более позднего времени сближает их со спартанскими илотами и фессалийскими пенестами. Они же исполняли и общественные работы, сооружая грандиозные циклопические стены вокруг городов, дороги и усыпальницы для знатных (см. этрусское искусство). Наоборот, усыпальницы для бедных были крайне убоги. Всё это говорит о довольно высокой внешней культуре этрусков и наличии у них классовой структуры общества.

С VІІІ века (до хр. э.) у этрусков появляются города. Это уже не родовые посёлки периода Виллановы, а крепости, окружённые стенами. Число этрусских городов было довольно велико, и греческие предания называют этрусков народом-градостроителем. Первоначально этрусские города были малы по размерам, но путём синойкизма они постепенно расширялись. В VII и VI вв. процесс роста городов в Северной и Средней Италии приводит к поглощению одной — по большей части этрусской — городской общиной соседних, часто не этрусских. Таким же путём в VI в. возникают города Цере, Клузий, Перузий и др. Всего возникает 12 почти независимых друг от друга городских общин, только по временам объединявшихся для общих военных предприятий и для совместного религиозного культа.

Некоторые из этрусских общин стремились приобрести господство над другими, и их лукомоны подчиняли себе другие города. Так, в конце VII и в VI вв. среди этрусской знати возвысился знатный род Тарквиниев (может быть, лукомоны из г. Тарквинии), и Рим стал одним из подвластных им городов (см. XXXVI ч. 2, 219).

В VI в., который был вообще веком наивысшего расцвета этрусской культуры и политического значения Этрурии, особенно развилась торговля. В борьбе, которую вели греки и карфагеняне из-за преобладания на берегах Тирренского моря, этруски стали на сторону карфагенян и совместно с ними боролись против проникновения греческих купцов и колонистов в западное Средиземноморье. Но торговля этрусков и в это позднее время не дифференцировалась от пиратства. Исключение в этом отношении представляли только купцы города Цере.

Несмотря на своё политическое преобладание в VII и VI вв. этрускам ни тогда, ни позднее не удалось создать сильного государства. Поэтому, когда началось возвышение Рима, этрусские общины не могли выдержать борьбы с ним. Однако ещё в V в. этрусский город Вейи (см.) имел большой политический вес и был равносилен Риму. В конце V в. вслед за другими городами Этрурии, был взят и он. Затем в течение IV и в начале III вв. (к 280 г.) до хр. э. Этрурия окончательно подчинилась Риму, сохранив, однако, некоторые самобытные черты своей культуры.

Литература: Schachermeyer Fr., «Etruskische Frühgeschichte», В., 1929; Schuchhardt С., «Die Etrusker als altitalisсhes Volk», Prähistorische Zeitschrift, В., 1925, Bd XVI, Н. 3—4; Ducati Р., «Le probleme étrusque», Р., 1938; Pareti L., «Le origini etrusche», v. I, Firenze, 1926 ; Peet, «Italy and Sicily», в кн: The Cambridge ancient history, v. II, Cambridge, 1931; Conway R. S.у «Italy in the Etruscan age», там же, v. IV, Cambridge, 1930; «Etruschi», в кн.: «Enciclopedia Italiana», v. XIV, Milano, 1932; Autran С., «Les langues propres de l’Asie antériéure ancienne», в кн.: «Les langues du monde par un groupe de linguistes sous la direction de А. Meillet et М. Cohen», Р., 1924; Martha J., «La langue Strusque», Р., 1913; MartelIo G. L., «Lingua etrusca: grammatica, testi con traduzione а fronte, glossario», Perugia, 1920; этрусские надписи издали С. Pauli и О. Danielsson в «Corpus Inscriptionum Etruscarum», Bd. I—II, Supplementband, Lpz., 1893—1925; Модестов В. И., «Введение в римскую историю», ч. 2, СПБ, 1904; Марр Н. Я., «Яфетический Кавказ и третий этнический элемент в созидании Средиземноморской культуры», в его кн.: Избранные работы» т. I, Л., 1933; его же «Сена, Сона» Лютеция и первые обитатели Галлии — этруски и пеласги»; там же; его же, «Иберо-этрусско-италская окрещённая племенная среда образования индоевропейских языков», там же; его же, «Яфетическая теория. Общий курс учения о языке», там же, т. II, [Л.], 1936; его же, «О происхождении языка», там же; его же, «Карфаген и Рим, fas и jus», там же, т. IV, [Л.], 1937; его же, «К вопросу о происхождении племенных названий „этруски“ и ,,пеласги“, «Записки Восточного отделения Русского археологического общества», IL, 1921, т. XXV; Мюлештейн Г., «Историческое значение вопроса об этрусках», «Вестник древней истории», М., 193 8, № 4 (5).

В. Перцев.

Номер тома54
Номер (-а) страницы741
Просмотров: 397




Алфавитный рубрикатор

А Б В Г Д Е Ё
Ж З И I К Л М
Н О П Р С Т У
Ф Х Ц Ч Ш Щ Ъ
Ы Ь Э Ю Я