Речь Посполитая. Польша во время Мировой войны

Польша во время Мировой войны

Война разделила буржуазную Польшу на два лагеря, характеризовавшиеся лозунгами русской и австрийской ориентации. Капиталистические элементы обеих стран по существу стояли на почве интересов «своего» государства. В русской Польше широкие слои буржуазных классов стали целиком на почву защиты царской России против «прусского милитаризма» и повели антигерманскую агитацию с не меньшим усердием, чем их русские собратья по классу. В австрийской Польше те же самые классы, наоборот, стали на сторону австрийского государства. Теория Розы Люксембург о слиянии интересов польских имущих классов с интересами государств-завоевателей полностью подтвердилась.

Правительства, конечно, по возможности поддерживали эти иллюзии, распространяемые буржуазией соответственной части Польши среди масс. Так, мы видим на русской стороне воззвание великого князя Николая Николаевича, обещавшее полякам объединение польских земель; австрийское правительство, в свою очередь, поддерживало легионы Пилсудского, идущие на  «освобождение Польши от русского ига», и старалось лишь обеспечить при посредстве так называемого «Верховного национального комитета» гегемонию вполне надежных буржуазных элементов в руководстве легионным движением.

Сложнее дело обстояло в прусской Польше, где польские имущие классы не только угнетались в национальном смысле, но и вытеснялись экономически. Там только помещики, имевшие в Германии прекрасный рынок для своего хлеба, были настроены лояльно, но мещанство отличалось решительно антигерманским настроением. Однако, и в двух вышеупомянутых частях Польши настроение не было вполне единым. В русской Польше некоторые круги мелкобуржуазной интеллигенции, впрочем довольно малочисленные, еще были верны антирусской традиции и смотрели с завистью на условия автономной Галиции, дававшей более возможностей общественной деятельности. Эти круги, сосредоточивавшиеся главным образом в правой ППС, создавали на галицийской почве, преимущественно из эмигрантов, стрелковые дружины, ставшие зародышем будущих легионов. Во главе их стоял Пилсудский (см. XLVII, приложение 64).

С другой стороны, в австрийской Польше имелись некоторые русофильские элементы, прежде всего из некоторой части бюрократии и помещиков  Восточной Галиции. Определяющую роль здесь играл антагонизм к украинскому движению, находившему поддержку в Вене. Во время войны, однако, по обе стороны границы решающая роль находилась в руках поддерживаемых соответственным правительством элементов, которые и терроризовали всякую оппозицию, в частности пролетарскую.

В начале войны, как известно, русские войска некоторое время держали в руках Львов (август 1914 — июнь 1915 г.), и тогда там подняли голову русофильские элементы, которым затем пришлось бежать вместе с русскими. Обратное мы видим в Царстве Польском по мере успехов германского наступления, приведшего 5 августа 1915 г. к взятию Варшавы. Царство Польское затем разделяется на две «оккупации» — германскую, со столицей в Варшаве, и австрийскую, со столицей в Люблине. На первый план выступают элементы, сотрудничающие с оккупантами — прежде всего галичане, но отчасти и местная интеллигенция.

Вначале германские оккупанты, все еще рассчитывавшие на сепаратный мир с царской Россией, вели в Польше политику ежовых рукавиц, чему способствовали и трения между самой Германией и Австро-Венгрией. Затем, однако, когда надежды на мир с Россией пошли прахом, началось заигрывание с польской буржуазией. 5 ноября 1916 г. было издано даже воззвание обоих генерал-губернаторов, германского и австрийского, обещавшее Польше независимость в форме монархии, связанной е центральными державами. Затем было прокламировано (26 ноября) создание «временного государственного совета» который был образован 14 января 1917 г.; Пилсудский получил в нем портфель военного министра. 12 сентября 1917 г. последовал декрет обоих оккупационных правительств о создании временного Регентского совета, долженствовавшего заменить будущего монарха; 15 октября Регентский совет был назначен. Все эти весьма формальные уступки были рассчитаны на то, чтобы получить вспомогательную польскую армию. Однако, успех этих попыток разрушался самой политикой оккупантов, которые в Польше видели источник дешевого хлеба, сырья и дешевой рабочей силы и самым беспощадным образом грабили страну. Одновременно германские власти пользовались своим положением для того, чтобы разрушить польскую и прежде всего лодзинскую промышленность и этим устранить опасного себе конкурента. Убытки от реквизиций были оценены впоследствии в составленном для Версальской мирной конференции докладе в 2,2 миллиарда золотых франков. Вызывая в стране жестокий кризис путем торможения ее промышленности и отрезывания рынков, оккупанты вызвали к себе глубокую ненависть населения. Влияние антигерманской национал-демократии все усиливалось, в то время как влияние сторонников центральных держав падало. Еще сильнее была вражда против оккупации в рабочих массах: рабочие принудительно мобилизовывались в Германию, где их держали на положении полуневольников и принуждали работать впроголодь. Не менее сильна была ненависть к оккупантам среди крестьян, являвшихся объектом разных реквизиций. Политика оккупационных правительств была к тому же подорвана Февральской и еще более Октябрьской революцией в России. Признание русским Временным правительством независимости Польши заставило Пилсудского переменить фронт по отношению к Германии. Возникшие на этой почве конфликты привели к аресту Пилсудского (21/VII 1917) и фактической ликвидации польских военных частей. Оппозиционные и революционные настроения еще усилились после Октябрьской революции и под влиянием брестских переговоров (требование советского правительства дать Польше независимость). Заключение Австрией и Германией договора с «Украинской народной республикой», отрывавшего от Польши Холмщину (а также содержавшего тайный договор на счет Восточной Галиции и Буковины), вызвало в русской и австрийской Польше всеобщую забастовку не только пролетариата, но и буржуазии. Попытки дальнейших уступок (как созыв 22 июня 1918 г. наполовину выборного «государственного совета») не произвели уже никакого впечатления. Когда начались поражения центральных держав, население открыто перестало повиноваться оккупантам. Революция же в Австрии и Германии привела к разоружению оккупационных войск постепенно во всех частях Польши. 3 ноября 1918 г. была провозглашена независимость Речи Посполитой.

Рабочее движение во время войны. Среди рабочего класса русской Польши война не вызвала сколько-нибудь заметного военного подъема. Прежде всего, социалистические организации оказали достаточную сопротивляемость по отношению к военному угару. На первый план выдвинулась близкая к большевикам оппозиция социал-демократии Польши и Литвы (С.-Д. П. и Л.), или так называемые «розламовцы». Они дали инициативу к общему воззванию всех социалистических партий, имевшему вполне интернациональный характер и ставившему лозунг международной пролетарской революции. Это воззвание было подписано как обеими фракциями С.-Д. П. и Л., так и меньшевистской левицей ППС и еврейским Бундом. Однако, скоро проявились различия в тактике революционного и меньшевистского крыла рабочего движения. Это выразилось, прежде всего, в отношении к так называемым «гражданским комитетам», бывшим фактической буржуазной властью после ухода царских войск. В то время, как С.-Д. П. и Л. (здесь речь идет, прежде всего, об оппозиции, так как фракция «зажондовцев» не имела ясной и последовательной линии) решительно отказывались от всякого участия в деятельности этих комитетов, меньшевиствующая левица ППС и Бунд требовали этого участия. На этой почве дошло, в конце концов, до разрыва между обоими крылами рабочего движения. И единство действий уже не было восстановлено до тех пор, пока левица ППС не решилась порвать с Бундом и стать на почву коммунизма.

Занятие русской Польши оккупантами нанесло удар рабочему движению, поскольку промышленность почти полностью остановилась и громадная часть рабочих отчасти была эвакуирована в Россию, отчасти стала эмигрировать в Германию и Австрию (частью по принуждению). Однако, взамен этого оккупация принесла некоторую политическую свободу, так как оккупанты надеялись привлечь именно с.-д. как менее национальную партию к поддержке своего режима.  Благодаря этому можно было развить в более широком масштабе и профсоюзную организацию, и просветительные общества, и легальную печать, и легальные собрания. С.-Д. П. и Л. сумела полностью использовать эти условия и, соединяя легальную работу с нелегальной, весьма расширить свою связь с рабочими массами. Они стали руководящей силой при всех массовых рабочих выступлениях той эпохи, — каковы демонстрации за создание общественных работ, забастовка трамвайщиков, забастовка амуниционных рабочих, кончившаяся баррикадной борьбой, неоднократные забастовки муниципальных рабочих и служащих, забастовка горняков и т. п.  Все эти движения прошли в большей или меньшей степени под руководством С.-Д. П. и Л. Партия сумела также сорвать митинги, устраиваемые ППС в пользу создания польской армии для помощи центральным державам. Одним из результатов этого периода было восстановление единства С-Д. П. и Л. на объединительном съезде (октябрь 1916 г.).

Интенсивная деятельность партии привела к репрессиям со стороны властей, и времена первоначального либерализма оккупантов прошли. Начались аресты с.-д., которых отправляли в лагерь военнопленных. Затем пришла очередь оппортунистических партий, вплоть даже до ППС. Область легальной деятельности суживалась, но одновременно расширялась подпольная деятельность благодаря усилению революционного настроения в стране, а также влиянию российской революции и массовому возвращению солдат, рабочих, крестьян из России. Под давлением масс и левица ППС стала постепенно переходить на позиции коммунизма. В декабре 1918 г. состоялось объединение обеих партий под названием Коммунистической рабочей партии Польши.

Л. Домский.

Номер тома36 (часть 1)
Номер (-а) страницы721
Просмотров: 607




Алфавитный рубрикатор

А Б В Г Д Е Ё
Ж З И I К Л М
Н О П Р С Т У
Ф Х Ц Ч Ш Щ Ъ
Ы Ь Э Ю Я